Москва:
Тел.: +7 (915) 202-59-12
  Санкт-Петербург:
Тел.: +7 (911) 026-97-00
  Регионы России:
Тел.: 8-800-77-500-32
  Skype:
My status  club-perexod
 

Восхождение на Эльбрус в компании профессионалов из клуба «Переход»


Вы можете оставить свой отзыв через форму вКонтакте, либо отправить его нам на сайт (форма отправки в самом низу страницы).

Поход в Приэльбрусье 2008

Поход в Приэльбрусье 2008

Отчет Юлии Новиковой

О походе в Прильэбрусье в 2008 году

"Эльбрус, или две недели без мэйк апа, лифчика и шпилек!"

Да, да, да, да, да. Это Кавказ

Да, да, да, да, да. Горный пейзаж

Эй, эй, эй, эй, эй. Солнечный край

Эй, эй, эй, эй, эй. Чем вам не рай?

Ш.Дадаев «Кавказ»

“Неужели я прошла весь этот путь вверх?! Неужели мне предстоит еще столько спуститься вниз?! Так, до скал Пастухова – это час, вдоль скал – еще час, и потом до приюта еще час. Итого три часа нормальным темпом. Значит мне – часов шесть. А как же хочется сесть и уснуть. И все равно, что будет потом. В этом тумане будет так тепло и хорошо. Только вот сесть, глоток из термоса и можно забыть обо всем на свете...”

Невероятных усилий потребовалось отказать себе в этом удовольствии. Отказать не раз и не два. Проверяя себя если не на прочность, так на верность поставленной цели и адекватность меняющимся обстоятельствам. Смогу или не смогу? Для каждого Эльбрус – это испытание. Проверка на соответствие представлений и реальности. Для кого-то это лишь путь вверх. Для кого-то, возможно, Эльбрус – это очередной раз. Для кого-то новая ступень. Для меня Эльбрус стал покоренной вершиной. Покоренной на пять тысяч двести :) И пусть мне не покорились оставшиеся 400 с лишним метров, осознание того, что при этих невероятных погодных условиях я прошла Свой путь вселяет в меня уверенность в победе. В нашей победе. Всей нашей команды. Пусть до конца не дошел никто, но в том тумане, ветре и снеге – каждый познал себя так, как никогда ранее.

Кто мог подумать, что пара недель станет целой жизнью? Я даже не задумывалась о том, что перед Эльбрусом будут еще Ледовое озеро (3100), Кичкидарские ночевки (3200) и немыслимые переходы до них. Инструктора это называют акклиматизацией, умалчивая о том, что на самом деле это уже настоящие испытания на выносливость. Переход по хребту: справа вниз до горного потока трава, слева камни. Рюкзак раскачивается, и ты, пытаясь поймать равновесие, думаешь: сделаешь еще пару шагов, или все-таки свалишься? И ты еще не в курсе, что дальше подъем по чуть ли не отвесному склону с камнями, скатывающимися под ноги карабкающихся за тобой.

После первого же перевала в голове была одна мысль: и зачем я в это ввязалась? Нагоняли ее немногим более рациональные мысли о том, чего ж весь народ вперед меня на такой скорости несется, ведь всей красотищи не увидят. Дальше я вспоминала, что можно идти каждому в своем темпе, т.е. иди сколько хочешь, сиди сколько хочешь, отдыхай сколько хочешь, или даже таскай чужие рюкзаки, сколько твое душе будет угодно :) Да, были у нас и такие альтруисты :) Так сядешь, глянешь, и голову сносит от невероятной высоты и красоты ущелья! Потом многие говорили, что ощущение было, будто все не с тобой происходит.

Ледовое озеро. Наша первая трехтысячная остановка поразила меня своей безжизненностью – снег, ледяная вода, камни и умопомрачительная жара. Ни грамма тенечка. И ноль градусов уже вечером. Но все искупал вид вниз на облака и зеленые склоны с горами, сияющими снегом. И это невероятное ночное небо с россыпью звезд и ярчайшей луной, уютно освещающей перламутром. Многим запомнилось возвращение вниз. Как оказалось, путь наверх психологически более прост, чем спуск, где ты видишь, куда можешь свалиться, и не видишь, за что зацепиться. Лично мне было проще: чем больше риска, тем больше адреналина, тем веселее шагать и меньше чувствуется усталость. Это же ощущение было при подъеме на Кичкидарские ночевки – по горе валунов, периодически выскальзывающих из-под ног.

Сначала я думала, что в здравом уме на это никто бы не решился. Но видя людей, с легкостью идущих вперед шаг за шагом, понимаешь, что ничего нереального нет. Понимаешь, что ты обречен добраться до стоянки :)

И тут возникает иллюзия, что если мы дошли сюда, то и до вершины Эльбруса – никаких проблем. Почему же доходят не все? И проделав свой путь в кошках от Бочек до Приюта, начинаешь понимать, почему. Лично для меня причиной стало время. Точнее определенный лимит времени, которого, как я понимала, может просто не хватить, чтобы дойти до верха в своем темпе. Так приятно идти не спеша, делая остановки, и, любуясь видами на Главный Кавказский хребет, жевать баунти. Менее приятно поднявшись, подсчитать, что с такой скоростью до вершины и за 12 часов не дойдешь. И дело не в том, что влом идти полдня – просто нет этого времени.

Подъем мы планировали в час ночи. Контрольное время на вершине – десять. И того, у меня всего восемь часов, чтоб зайти. И тут начинается паника – я не успею. Быстрее идти не могу – сил не хватает. А идти с такой скоростью, да еще и одному – безнадежно. А ведь так хочется взойти. Так хочется сказать себе: “Есть пять шестьсот сорок два”.

Потом я вдруг поняла, что цифры пять, шесть, четыре и два – лишь цифры. Что люди, которые говорят: “ты сможешь, идем, идем вместе” – это то, зачем я пошла в этот поход. Я просто поняла, что наша группа, мы вместе – это и есть моя покоренная вершина. А все эти метры лишь атрибуты. Атрибуты той жизни, тех переживаний, волнений, эмоций и впечатлений, что сопутствовали нам с момента нашей встречи в поезде. Если б Леха не шел со мной – я не сделала бы и трети своего пути вверх. Кто бы говорил мне: “Так и еще десять шагов. Теперь десять вздохов. Глубоко, до конца. Давай, дойдешь до меня – отдохнешь. Ну вот, обопрись на меня. Перерыв пятнадцать минут и идем”. Леш, спасибо тебе! Такие люди как ты – единицы! И все вы были собраны в нашей команде.

Мы только вчера вернулись, а уже второй день, как обмениваемся в контакте тоскующими сообщениями... Как так получилось, что все в группе оказались столь невероятными людьми? Бесспорно, основная заслуга – инструкторов. Слов не хватит выразить им всю признательность и любовь. На самом деле, от полноты чувств и переизбытка эмоций хочется поблагодарить всех и каждого. И можно обнадеживать себя иллюзией новых совместных походов, но прекрасно понимаешь, такого не повторить. Не будет снова нашествий на лагерь стада лошадей, отбирающих завтрак. Вы ж, заразы травоядные, чего жрете нашу колбасу-то?! И почему с вами осёл вожаком?! И чем его так вид палатки возбуждает? Не будет больше снежных баб с ледорубами, жеманно улыбающихся соблазнительным холмам Эльбруса. Не будет больше наглых туров, пасущихся ночами вплотную к лагерю. Не будет сумасшедших парней, остающихся в одиночестве на приюте с намерением во что бы то ни стало побороть ненастную погоду и совершить перекрестное восхождение. Не будет девчушек-хохотушек, берущих с собой салазки и мыльные пузыри, и забывающих про непромокаемые ботинки и хоть что-нибудь теплое из вещей :) Не будет групп с отчаянными скалолазами и смельчаками, кричащими друг другу: -“Готовы?” -“Готовы!” -“Падаю?” -“Падай!”. И кто будет нам завтра вновь варить кашу с изюмом и сгущенкой, а потом раздавать на перевалах недоеденные бутерброды? И даже валяющиеся в кладовках спальники не будут больше нас так согревать своим теплом, как делали это на снегу на Приюте. И когда вновь соберутся вместе Жигало, Звездочет, Бомжи и любовник жены владельца Лукойла в кампании прочих фанатов мафии? С кем мы будем снова петь песни про животных до шести утра? И, в конце концов, вот уже второй день мне не у кого одолжить зубную пасту!

Каждый новый миг нам приносил новые улыбки, шутки и взгляды, полные тепла. И я не скажу, что все это в прошлом. Все останется в наших сердцах, и у нас в памяти. Просто капельку жаль, что нет вновь на руках билета на поезд до Кавказа.

Поход в Приэльбрусье 2008!

Поход в Приэльбрусье 2008!

Отчет Ольги Петровой

О походе в Прильэбрусье в 2006 году

"Лучший способ перезимовать лето :)"

О Тому, кто ни разу не был в горном походе, никогда не понять этой походной романтики - ночёвок в палатке, долгих переходов по горам, радости от ощущения тяжелого рюкзака за спиной и усталости. Но если уж побывал однажды, и понравилось - это навсегда. Походами я заболела с мая позапрошлого года, когда сходила с одним питерским клубом в Крым. Приехала обратно - и не узнала себя, до того ненавистна стала эта цивилизация! Безумно хотелось обратно в горы, где нет микроволновок и душа, где еда готовится на костре, а ванну заменяют холодные речки + Не хватало своей группы, инструкторов - за две недели мы все стали по-настоящему близкими людьми. Такая своеобразная послепоходная ломка, депрессия, и я томилась в ожидании следующего похода. Июнь незаметно пролетел в экзаменах, а в июле с этим же клубом намечался поход на Кавказ. Конечно, я иду!

О Официально это называлось "Поход в Приэльбрусье с попыткой восхождения" - так заманчиво! Но перспектива восхождения на высочайшую вершину Европы радовала и пугала одновременно, меня предупреждали: поход сложный, готовиться надо серьезно и будет лучше, если за месяц до похода начнешь бегать по утрам. Бегать я так и не начала (жалкие три дня до отъезда не в счёт), но за этот месяц чего только не наслушалась от участливых родственников и друзей. И про страшные лавины-камнепады и про альпинистов, погибающих там постоянно - даже группу Сергея Бодрова вспомнили, и про чеченцев, которые меня обязательно украдут. Но все страшилки, как это обычно бывает, только подогревали интерес поехать: что ж это за Приэльбрусье такое?

О Собиралась я действительно серьезно, во всем помогал инструктор - спасибо ему! Вместе долго подбирали снаряжение - это ведь не жаркий Крым, мы едем в снега, здесь нужны кошки, ледоруб, альпеншток (слова, повергавшие меня в ужас тогда, при сборах. Что за альпеншток? Какие кошки? Как они хоть выглядят?!) Не было ни куртки непродуваемой, ни штанов, ни тёплого спальника, ни солнцезащитных очков. В снежных горах я ни разу не была, а тем более на восхождении, а поэтому представляла себе это так: отвесная ледовая стенка и я, карабкающаяся в связке вверх под песни Высоцкого. Конечно, всё оказалось иначе.

О Мое первое удивление от гор Кавказа: внизу - лето, а взгляни наверх - там зима, холод, вьюга! Там, на ледниках, мы учились ходить в кошках, пользоваться ледорубом, правильно падать. Забавно: выходишь на тренировку в летней одежде, а теплые вещи с собой. Начинается подъем, солнце неумолимо припекает, горы усыпаны цветами. Первый раз в жизни видела рододендроны - такая красота! Еще выше, выше - и начинает резко дуть ветер, пора одеваться. А на высоте 3000 м. нас настигла такая метель, что и в Питере такое зимой нечасто бывает, и не спасал даже горячий чай. Группа долго смеялась над фразой "горный поход - лучший способ перезимовать лето". Вот уж действительно перезимуем. И чего нам дома-то не сиделось? Все дни до восхождения были предназначены для акклиматизации. Если не привыкнуть к горным условиям (главным образом к недостатку кислорода), то о покорении вершины можно и не мечтать. Хотя горной болезни - "горняжки" на языке туристов - все равно не избежать никому, а как она повлияет лично на тебя - известно будет только на высоте. На больших высотах возможны "галлюцинации, а также потеря слуха, зрения, ориентирования" - цитирую из книжки про горы. Страшно? Ещё бы! Но обратной дороги нет, я уже здесь, и обязательно поднимусь еще выше.

О Восхождение начинается с высоты 4200 метров - так называемого "Приюта одиннадцати", куда мы приехали утром перед решающим днем. Вот здесь-то уже настоящая зима, лето осталось далеко внизу. Палатки ставятся прямо на снегу, а вокруг обкладываются кубиками снега, чтоб не задувало ветром. Здесь постоянно ночуют туристы со всех уголков мира и нашими соседями, кроме русских, были поляки и немцы. Красавец Эльбрус - вот он! - сверкает на солнце и манит своими двумя вершинами, наша завтрашняя цель - Западная вершина, 5642 метра. А пока по команде инструкторов быстро поставили лагерь. Почему быстро? Это как в том анекдоте, "пока не началось". Поставили - и тут началось. Горняжка. Нехватка кислорода. Нас вдруг резко "пришибло": полная апатия ко всему, ничего не хочется делать, лень даже пошевелиться! Легли спать до наступления ночи, а восхождение начнётся в 3 часа. Это необходимо для того, чтобы успеть подняться и спуститься, потому что после обеда на Эльбрусе может испортиться погода, и тогда спускаться просто опасно для жизни.

О И вот - выходим, закутанные с ног до головы. На мне - четыре свитера и куртка, двое штанов, две шапки, на ногах - кошки, в руках - ледоруб, на лбу - фонарик и очки. Холод. Ночь. Чёрное звёздное небо. Люди, идущие друг за другом гуськом с фонариками, где-то на трети пути встречающие рассвет... Не описать красоту снежных гор Кавказа, да ещё в лучах предрассветного солнца, как не описать и свои ощущения банальным "дух захватывает". Из всей группы на восхождение пошли 13 человек, добрались до вершины лишь 7, остальные вернулись в базовый лагерь. Не дошли по разным причинам: кто-то замерзал, кто-то понял, что не сможет, а ведь мало дойти, надо ещё найти силы спуститься. Вот и дошли всего 7, в т.ч. я - единственная девушка (гордости-то, гордости!). Шатающиеся, на негнущихся ногах, но дошли. Теперь знаю, что такое горная болезнь: голова раскалывалась, тошнило, шатало, дыхание сбивалось моментально, и подгоняло только одно - надо, надо, я должна дойти. Так и доходят - на одном фанатизме и огромном желании. В принципе, подъём не так уж и сложен, нужно всего лишь идти по тропинке в снегу с небольшим, в общем-то, градусом уклона, и никаких отвесных стенок, как мне представлялось раньше. Но главные трудности - нехватка кислорода, большая влажность (из-за чего трудно дышать) и холод. Расстояние в горах обманчиво: идешь, а вершина все время так близко перед глазами, что кажется - рукой подать, но она не приближается. Я добралась-таки до неё за 6 часов 20 минут, пришла и не поняла: неужели всё? Неужели это - она, мечта, цель? Подошли какие-то иностранцы, лопочут на своём, поздравляют, обнимают - и ты их тоже, всё еще ничего не понимая. Психологическая нагрузка на восхождении ничуть не меньше, чем физическая. Фантастические ощущения: где-то внизу плывут облака, а ты выше их, намного выше, где-то далеко сверкают горы Кавказа, а ты тоже выше их, ты выше всего! Только тогда стало понятно, о чём поётся "весь мир на ладони, ты счастлив и нем". Действительно счастлив и действительно нем: такое странное состояние полного обалдения. Вот стоит камень - это и есть 5642 метра, к нему привязаны, как водится, разные тряпочки. За неимением тряпочек я привязала свою перчатку и отколола ледорубом - да простит меня Эльбрус! - маленький камушек с пика. Теперь лежит дома на полке, всем показываю, но разве понять тем, кто там не был, чего мне стоил этот камушек - символ покорённой вершины!

О Спускалась "на автомате", ноги почти деревянные, ещё шаг - и, казалось, упаду, и больше не встану... Пришла в лагерь - хотелось разрыдаться и умереть прямо здесь, то ли от счастья, то ли от усталости. И опять ничего не понимаю, раскалывается голова, и все мысли только об одном: "Я дошла. Я дошла! Не знаю, как, но я дошла!" И ведь до сих пор не знаю, как.

О Уже через день поезд мчал нас домой. Мы вернулись, "оставляя в горах своё сердце" - наступила очередная послепоходная ломка, и этого стоило ожидать. Хочу туда, в снега и горы! Только на этот раз проще было, теперь точно знаю - пойду, и ещё не раз. Ведь горы так просто никого от себя не отпустят.

Поход в Приэльбрусье 2007

Поход в Приэльбрусье 2007

Отчет Шаврова Евгения

О походе в Прильэбрусье в 2007 году

"В настоящем экстриме главное понять, где кончается экстрим..."

Написано через некоторое время после всего этого…

Я шёл по ледяной каше… я так устал за последние сто тысяч лет. Хотелось лечь. Без разницы куда, главное чтобы не идти. И дышать, дышать, дышать… И не думать ни о чём. Впрочем, дышать уже стало значительно легче, я спускался. Медленно. Очень. Потому что поднимался до этого очень быстро. Я хотел придти первым.

До этого у нас было несколько дней акклиматизации в ущелье Адыр-Су. Потом, за два дня до восхождения мы пришли к приюту одиннадцати у подножия Эльбруса, на высоте 4200 (хотя GPS упорно показывала 4075). Палатки стояли так близко, что были сложно пройти между ними, все хотели стоять там, где нет ветра, в сгоревшем здании приюта, от которого остались одни стены… Пара дней для завершения акклиматизации. А потом восхождение… Мы вышли еще затемно, тянулись длинные часы, мы шли вверх в морозной темноте.

Сначала мы шли с Андрюхой. Нас называли лосями, потому что мы шли всегда впереди. Он лыжник, а я… не знаю, как может парусный спорт добавить выносливости на подъемах. Но мы были впереди. И хотели взойти первыми. После седла каждый шёл в своём темпе, и мой темп оказался медленней, чем Андрюхин. А Тимофей и вовсе как шёл в своём темпе, так и ушёл вперёд всех, не сбавляя.

Когда мы пришли, наверху уже были люди. Среди своих я поднялся четвертым, и парни кричали мне сверху: «Давай чувак, ты можешь, мы верим в тебя». Это были реальные парни. Они и сейчас реальные. Тимофей, за ним Андюха и Паша – вон они впереди, три точки. До вершины было близко, но довольно крутой подъем. Я видел всех, кто там был. Наши и ещё кто-то, они пришли туда раньше. Не обогнали, а просто раньше встали и раньше пришли. Это грело нам душу. Ведь впереди идут альфа-самцы, они самые агрессивные и никого не пропускают вперёд… Прекрасная половина человечества была где-то сзади.

Я пошёл к трём нашим, которые сидели ниже. Пришёл и упал. Я хотел сесть, но когда дошёл до них, мне хотелось умереть. Сейчас. Сию минуту. Чтобы не знать, что надо ещё идти, идти, идти…

До вершины было метров сто… Мои ноги… Я их не чувствовал. Я лежал. И дышал, дышал... А до вершины было, я знал, совсем немного. Но я мог только скорчиться и дышать часто-часто, как рыба на песке у моря. Я не мог встать. И тут я заплакал. Первый раз за последние семь лет. Когда я последний раз плакал, это было в школе, надо мной тогда стали смеяться. И с тех пор я больше не плакал. Ни разу с седьмого класса. По моим щекам текли слёзы. Я не знаю почему. До вершины совсем близко. Её ещё не видно, но осталось чуть-чуть. И я обязательно дойду. Отдышусь, встану и дойду. Но я плакал. Потом я успокоился. Поставил на снег одну руку. Вторую. Левое колено. Правое. Сил встать не было. Я пополз. Вперёд! Вперёд! Ещё вперёд! Я встал на ноги и пошёл… Поднял глаза… Передо мной была вершина!… Там меня уже ждали.

Парни спросили меня с вершины, всё ли у меня нормально. Я постоял полминуты, переводя дыхание, набрал полные лёгкие воздуха и заорал что было мочи песню: «Что мне ветер, что мне зной, что мне дождик проливной, когда мои друзья со мной!» На каждую сильную долю мотива я делал шаг. Нужно было преодолеть последний крутой подъем. В полутора метрах от вершины все знакомые мне слова песенки кончились. Дыхание кончилось тоже. Но останавливаться было нельзя. Я задыхался. И с каждым приступом удушья делал ещё шаг. Шаг. ШАг. ШАГ. ШАг…

Я упал. Я был НА ВЕРШИНЕ. Я прижался к ней щекой. И смотрел. И ничего не видел. И не чувствовал ничего. Наверное, снег был холодный. Я не помню. Я дышал, дышал…

Эй, вставай. Меня будил Андрюха. Он пихал меня коленом, потому что наклоняться ему было лень… Санчес смотрела на меня с жалостью – она взошла первая из девушек. Наших на вершине стало больше.

Я открыл один глаз: «Идите парни, я щас…

«Вставай, засоня, а то сгоришь на солнце».

«Ну щас, сказал же…».

«Вставай, пошли, а то проваляешься до тумана и замёрзнешь».

«Идите, я сказал, не поняли что-ли…».

И сладко-сладко поспать… Но Андрюха заставил меня встать… Сволочь.

Вокруг фоткались. Раздевшись по пояс, и с ледорубом, и кто во что горазд. Мне дали чаю из термоса. И что-то ещё, не помню. Я смотрел вокруг. Обычный горный пейзаж, бывают и покрасивее… Но все остальные вершины были НИЖЕ! Они были ПОД НАМИ. И мы залезли сюда сами. Мы шли и дошли. Сказали, уходя, что пошли на гору. И вот мы на горе! И выше неё нет ничего вокруг на много-много миль… И если бы меня спросили сейчас: «Ну что, теперь ты доволен? Стоило вот это твоих стараний?» Я бы даже не знал что ответить. Стоило, не стоило, доволен, не доволен… Разве можно такими плоскими и незначительными словами описать ЭТО? И разве вообще опишешь это словами? «Весь мир на ладони, ты счастлив и нем» Куда этим строкам до Моей Вершины!

У нас начали болеть головы от высоты. Точнее у всех начали, а у меня уже давно башню рвало по-полной. И мы пошли вниз. Я ненавижу спуски.

Я снова плакал. Плакал потому, что я ухожу, а вершина остаётся. Я не знаю, как описать причину моих слёз. Просто было очень больно уходить. Парни потом сказали, что они тоже плакали на Эльбрусе. Очки запотели, но снимать их было нельзя и больно глазам. А потом был ужасный спуск. Просто ужасный. Я потратил все силы на подъёме. Один парень даже не дошёл в тот день до лагеря, остался ночевать выше, в палатке у поляков. А я просто не знал что делать. Лагерь уже видно и он внизу, но надо ещё идти и идти… И это солнце и запотевшие очки, и деревянные ноги, и просто смертельно рубит спать, и чугунная голова…

Когда я спустился, я проспал с перерывами на поговорить почти двадцать часов.

На следующий день мы спустились с Приюта 11.

Потом была баня, купание в горном потоке, песни у костра в лесу, звёзды размером с горошину каждая, сувениры с рынка, крики «бомба» - это такая игра, когда всем вместе нужно упасть! - во всяких неподходящих местах типа вокзала, и поезд со сгущёнкой, дынями, сердитыми проводницами, обменом телефонами и песнями, песнями, песнями под гитару…

И финальная песня на вокзале в Питере.

Все кто был со мной на Эльбрусе, я вас люблю!


Оставьте свой отзыв:

Ваше имя: *
E-mail *
Загрузить фото:
Вы можете загрузить свою фотографию.

желательный размер фото: 170 х 155 px., фото другого размера будет изменено до этих пропорций.

Выберите поход, отзыв на который Вы хотите оставить:

В каком году Вы ходили в поход:     

Введите текст отзыва:



Посмотреть отзывы на все походы: Все отзывы


Москва:
+7-915-202-59-12

Санкт-Петербург:
 +7-911-026-97-00
 
Регионы России:
 8-800-77-500-32

Эл.почта:
info@club-perexod.ru

 

МывКонтакте
Мы наФейсбук
Мы в инстаграм
Наш каналyouTube
Мы вТелеграм